(044) 362-30-59
,
(067) 917-77-46

Блеск и нищета киевских домовладельцев

В начале века известный фотограф и издатель Дмитрий Марков выпустил серию открыток под общим названием "Красивые здания Киева". Большинство из них были обычными жилыми (доходными) домами, хотя и представляли собой настоящие дворцы. Сейчас такие не строят...
Киевские магнаты строили добротно и изобретательно -- каждый дом был своего рода рекламой его владельца. 6e6932b4c0b6.jpgСтарожилы хорошо помнят, как на месте нынешней гостиницы "Украина" возвышалось высотное 11-этажное здание, построенное купцом первой гильдии Гинзбургом. Выше и грандиознее его в городе не было. Ровесник печально известного "Титаника" (1911 г.), доходный дом, как океанский лайнер, будто плыл по безбрежному морю городских крыш, дворов, улиц и переулков. В годы Второй мировой он был разрушен. Лев Гинзбург был известен как "король подрядчиков". Усилиями его знаменитой "Строительной конторы" в городе были возведены великолепные здания театров (Оперного, Соловцовского), учебных заведений (политехнический институт), культовых сооружений (костел и синагога), здания музеев, государственного банка и т.д. Прискорбно, но айсберг революции укоротил жизнь создателя киевского "Титаника". Вот что написал в очерке "Киев" Осип Мандельштам: "Мученики частного капитала чтут память знаменитого подрядчика Гинзбурга, баснословного домовладельца, который умер нищим в советской больнице". ("Вечерняя Красная газета", 1926 г.).
Судьбы "мучеников частного капитала" во многом повторяли друг друга. В 1912 году на углу улиц Владимирской и Льва Толстого было сооружено помпезное здание с элементами модерна и французского барокко. Оно известно киевлянам как "профессорский дом" (здесь в основном жили преподаватели университета) или как "дом Мороза"._1_6.jpg Случилось так, что крупный лесопромышленник Эрл Мороз решил удивить Киев новым урбанистическим чудом -- семиэтажным жилым домом, общей площадью 17 тысяч кв. метров, с просторными квартирами, бесшумными лифтами, переговорными устройствами, внутрикомнатными пылесосами, кондиционерами и фонтанами. Свой смелый замысел предприниматель с Волыни осуществил сразу же по прибытии в Киев: 56-квартирный "ноев ковчег" был настолько комфортабельным, что о нем в городе слагались легенды. А после революции конструктор уникального сооружения вынужден был снимать угол в своем же собственном доме (уже национализированном) на правах обычного квартиросъемщика.

Блуждая по киевским улицам, невольно задумываешься над биографиями некоторых зданий. Взять, к примеру, популярный в городе "рыцарский замок", расположенный на улице Ярославов Вал, 1. Стрельчатые окна, башня со шпилем, балкончики, ажурные решетки, "родовой" герб с двумя скрещенными шпагами и крылатые чудовища над входом. Открывая массивные двери, сразу же наталкиваетесь на мраморную плиту, положенную у порога, с традиционным 745685_3.jpgлатинским приветствием "SALVE" ("Здравствуй").
Здравствуй, барон Штейнгель, почтенный хозяин этого дома! Говорят, что барон здесь вовсе и не жил, а здание арендовали, сменяя друг друга, иные киевские богачи. Бытовала легенда и о некоем "табачном короле" Сальве (сигареты "Salve" действительно производились в Киеве), который якобы построил этот замок для своей возлюбленной. Как бы там ни было, но официальным владельцем этого особняка считается крупный виноторговец Штейнгель.

Домовладельцы часто украшали фасады зданий фамильными гербами и вензелями. На бульваре Шевченко ваше внимание обязательно привлечет дом под порядковым номером 1. На его фронтоне загадочная надпись "1886-ЯБ". Это означает, что до революции здесь размещалась контора одного из крупнейших домовладельцев, хозяина 86738419_bulshevchenko_1.jpgкирпичного завода, благотворителя и общественного деятеля Якова Бернера. Известно, что именитый купец, он же гласный Городской думы, значительную часть своих пожертвований отпускал... кирпичами. Так была оказана помощь в строительстве дегтеревской богадельни, Покровской церкви на Соломенке и боковых нефов Михайловского Златоверхого собора. Интересно, что несколько лет назад, при расчистке руин Михайловского, были обнаружены кладки кирпичей, на которых сохранилось клеймо: "Я, Бернер".

Иногда дома являются свидетелями исторических парадоксов. Всем известно здание, решенное в формах раннего Возрождения, на Ярославовом Валу, 40 (1907). Над входом монограмма "НТ". Дом действительно был построен на средства Николая Терещенко для экономической школы. Сегодня здесь театральный институт имени Карпенко-Карого, выдающегося драматурга, автора известной нам со школьной скамьи пьесы "Хазяін". Помните главного персонажа произведения, капиталиста-землевладельца Терентия Пузыря? Парадокс в том, что прототипом для столь одиозного образа Карпенко-Карого послужила фигура киевского миллионера Николая Терещенко. Брат драматурга, актер Петро Саксаганский, в своих мемуарах вспоминал, что Терещенко предлагал автору пьесы 30 тысяч рублей лишь за то, чтобы он изъял свою остросатирическую комедию из репертуара. Но это уже детали. 1454.jpgВеликий меценат и благодетель, почетный гражданин города Терещенко на самом деле начинал свою карьеру уже с туго набитым кошельком. Поселившись в особняке Демидова, князя Сан-Донато (бул. Шевченко, 12), он начал планомерно скупать близлежащие дома и таким образом скупил всю улицу, которая сегодня и носит его имя.

Небывалый фурор произвел в городе великолепный дом-терем, сооруженный в 1900 году в пышных формах старорусского зодчества на Андреевском спуске, 34. Чего только стоили два его гигантских купола! Расположенное рядом с Андреевской церковью здание настолько "перетягивало" на себя внимание, что его теремные башни пришлось срочно убрать. 87277734.jpgА воздвиг это каменное диво купец второй гильдии Андрей Петрович Слинко. Потомок донских казаков, он юношей пришел на святые киевские холмы с одним лишь полтинником в кармане. Сколотив со временем миллионное состояние, Слинко стал одним из самых влиятельных людей в городе, и тоже занимался благотворительностью -- актеры соловцовского театра, например, полностью находились на его попечении.

Но не все было так гладко в строительной эпопее Киева. Например, дом Сироткина, одно из красивейших зданий (расположенное на углу Владимирской и Прорезной) обернулось заказчику (купцу Григоровичу-Барскому) полным банкротством. Запроектированный в конце XIX века дом-дворец, может, и остался бы внутри дворцом, если бы не наружное оформление. 7281.jpgИсполинские башни и фронтоны, классические скульптуры, вычурный каскад лепных украшений оказались намного дороже, чем строительство самого здания. В результате пришлось пустить с молотка самый высокий по тем временам (42,5 м) жилой дом в Киеве, купил его купец Александр Сироткин.
Дмитрий ЛАВРОВ